Турар Кожомбердиев

Родился 22 июня 1941 года в селе Сары-Булак Калининского района Чуйской области.. После окончания школы в 1959 году он поступил на филологический факультет Киргосуниверситета. Первое стихотворение его напечатали в “Учительской газеты”. А вскоре на страницах республиканской газеты “Кыргызстан пионери”, в которой он работал, появилась первая подборка стихов. На этот путь молодого поэта напутствовал сам Н.Байтемиров – известный поэт, прозаик, драматург.

Будучи сотрудником издательства “Кыргызстан”, он работал много и напряженно. Его стихи все чаще появляются в газетах и журналах. Одна за другой вышли в свет книги – “Луна в луже”(1961г.), “Красное яблоко” (1965г.), “Утренняя симфония” (1968г.), “Неугасимый очаг” (1972г.), “Утренняя звезда” (1979г.) и др.

Т. Кожомбердиев счастливо сочетал в себе качества детского поэта и яркого лирика, пишущего для взрослых. В 1970 году за сборники “Красное яблоко” и “Утренняя звезда” Турару Кожомбердиеву была присуждена премия Ленинского комсомола Киргизии.

Т. Кожомбердиев – поэт самобытный, мыслящий масштабно и одновременно владеющий даром лирического проникновения, романтической приподнятости. Творчество его связано с народной кыргызской поэзией и одновременно близко современной философский лирике. Большое место в его творчестве занимают стихи об отчем крае, о живописных картинах природы. Многие стихи Т. Кожомбердиева – образцы любовной лирики, пронизанной нежностью, порой – грустью.

О чем бы ни писал поэт – о смысле жизни или о судьбах миллионов людей, о войне или о любви – он всегда глубоко самобытен и национален. Лирике его присуще публицистический пафос. Наша современность во всей своей полноте и многогранности отражается в стихах поэта. В них боль и страдания людские, и светлое чувство любви, и улыбка ребенка, и память о погибших защитниках нашей Родины. Сборники стихов Т. Кожомбердиева пользуются большой популярностью у читателей.

 

Стихи

АРЧОВАЯ КОЛЫБЕЛЬ

Настежь распахнута дверь.
Гости… Слова… Поздравленья…
Мерно скрипит колыбель —
скрип этот сладостней пенья.

Вот он мой первенец, сын…
Гости меня поздравляют.
Дружной семьей, как один,
руку мою пожимают.

Дом переполнен людьми —
не было радостней часа…
Некогда в давние дни,
я в этой люльке качался.
Перевел Станислав Куняев

 

* * *

До наступления ночи остался всего лишь шаг –
летучая мышь, друг ночи, уже прозрела впотьмах.

Померкли давно вершины, померкли костры снегов,
потухли во тьме березы около облаков.

Слышно «ку-ку» кукушки, аккордеона звук –
деревья(сирень и акации) ночь собирают в круг.

Скучаю, как по любимой, тебя ожидаю я,
с запахом юных листьев весенняя ночь моя.

Ночь – в пути, ночь проходит – за нею идет роса.
На ноты бессонниц настроены соловьиные голоса.

Где-то вдали над вершинами, возле звезд и луны,
молния начинается, падает на валуны.

Песня. Девичья песня меня зовет на ночлег,
в кровати моей продолжает девичья песня свой бег.

А ночь все сильней сгущается, а ветер течет сильней
с запахами тюльпанов, с запахами тополей.

Ветер пропах цветами, ветер уходит прочь.
Почки любви набухают в эту звонкую ночь.
Перевод В. Цыбина

 

* * *

Бессонницу мою подкарауля,
меня заставил вздрогнуть мрак ночной,
где через космос, как большая пуля,
летит, летит, вращаясь, шар земной.

А в этот миг пируют где-то гости,
и сирота с протянутой рукой
на холоду жестоком хлеба просит,
и мечется в глухом бреду больной.

А где-то, где-то
от песни ждут хулы иль похвалы.
А где-то, сединой годов одеты,
сидят орлы,
вкогтясь в гранит скалы.

А где-то волки рыщут вслед за вьюгой –
тоскою смертной захлебнулся крик.
А где-то ребятишки друг за другом
бегут к речушке горной напрямик.

А где-то возле печки мать хлопочет
и чинит возчик колесо арбы.
А где-то караванщики, встав ночью,
кладут тюки верблюдам на горбы.

Смотрю в окно: горят ночные солнца,
они горят и гаснут надо мной.
И все сильнее сердце бьется, бьется,
тяжелое, как будто шар земной.
Перевод В. Цыбина

 

НА ЭТОЙ ЗЕМЛЕ

На этой земле,
вздрогнув, забилось сердце в груди,
по этой земле я впервые шагнул от крыльца,
на этой земле,
где летние льют дожди.
На этой земле,
где мать моего полюбила отца,
на этой земле в предутренней, розовой мгле
впервые увидел я солнце,
увидел на этой земле.
На этой земле я в бабки играл
и цветы собирал.
На этой земле лепешку за пазухой согревал.
На этой земле – одна лишь любовь на всю жизнь,
на этой земле
отец и мать родились.
Перевод В. Цыбина

 

* * *

Отца уже давно на свете нет –
Он был из фронтового поколенья.
Но до сих пор родимый силуэт
Маячит перед взором в отдаленьи.

Вздымает целину тяжелый плуг,
Седая степь расплавлена от зноя…
Я помню теплоту отцовских рук,
Пропахших свежевспаханной землею.

И, видно, не забыть мне никогда
Протянутую этими руками
Ячменную лепешку, что тверда
Была тогда, как мшистый горный камень.

Я грыз ее, аильный сорванец,
С колен потом и крошки подбирая.
Клонился день к закату, а отец
Все шел за плугом, лошадь понукая,

И растворялся в розовом огне,
В разливе нескончаемого лета.
И помнится, в тот день казалось мне,
Что соткан он из солнечного света.

Отца уже давно на свете нет,
Растаял след его за косогором.
Но до сих пор родимый силуэт
Маячит в отдаленьи перед взором.
Перевод М. Ронкина

 

ОТЧЕГО?

Отчего, когда весна приходит
С теплым ветром, с пением скворцов,
Яростная кровь, вскипая, бродит
В жилах быстроногих жеребцов?

Отчего, к порывам страсти глухи,
Молодеют старцы и старухи?
Отчего, когда снега растают,
И взыграет паводком река,
Стайкою мальчишки убегают
В синеву степи из кыштака,
И смеются звонче молодицы,
словно ничего их не томит,
И девчонке на заре приснится
В поле повстречавшийся джигит?

Отчего сердца полны надеждой,
Верой в счастье молодость полна?
И откуда может знать подснежник,
Что грядет желанная весна?
Перевод М. Ронкина

 

ВОСПОМИНАНИЕ О ДЕТСТВЕ

Рожденный в горах
Под унылые всхлипы дождя,
Впитал я в себя
Их могучую, гордую силу.
Я слышал, что мама,
Бывало, с коня не сходя,
На дальних кочевьях
Меня своей грудью кормила.

Арканом тугим
Приторочив к седлу колыбель,
Спешила она
За лихим табуном в поднебесье.
Колючие ветры,
Слепая, шальная метель
Мне пели свои
Бесконечные, грустные песни.

Цветы полевые
Любил я весной собирать,
И яркие камешки
Сказочно-дивных расцветок,
И смалу умел,
Как бесстрашный джигит, усмирять
Не знавших седла,
Норовистых, пугливых двухлеток.

За пологом юрты
Ревела крутая пурга.
От волчьего воя
Сжималось мальчишечье сердце.
Днем пас я отару,
А ночью огонь очага
Дремотным теплом
Согревал мое трудное детство.

Всходила луна
Над бурливой, белесой рекой
И в небе качалась
Подобием медного блюдца.
О как мне хотелось
В ту давнюю пору рукой
До этого блюдца,
На цыпочки встав, дотянуться!

Давно я покинул
Родимые с детства места,
Давно улетел
Из-под теплого крылышка мамы.
Проносятся годы,
Но, видно, совсем неспроста
В суровые горы
Зовет меня память упрямо.

И вновь, лишь травою
Застелет увалы апрель,
Спешу я, томимый
Сыновнею светлой печалью,
В буранную глушь,
Где когда-то мою колыбель
На дальних кочевьях
Ревучие ветры качали.
Перевод М. Ронкина

 

ЗАМКИ

Массивностью и тяжестью крепки,
Заполонив прилавки и витрины.
Лежат навалом прочные замки
В хозяйственных ларьках и магазинах.

Богат их выбор… Покупай любой,
Какой тебе лишь малость приглядится:
Врезной, висячий или накладной –
Замок всегда в хозяйстве пригодится.

Ну, что за дверь без крепкого замка?!
Какие там ворота без запора?!
Замок повесил – и наверняка
Свое жилище уберег от вора.

Таков уж наш быстротекущий век…
Таков уж нрав у нынешнего века…
Идет по тротуару человек,
Звенят ключи в кармане человека.

Звенят ключи… Нам их таскать не лень.
У всех нас на замки закрыты двери.
Но все же верю, что настанет день,
Когда земля нас одарит доверьем.

Настанет день – и сгинут прочь замки,
И люди станут чаще улыбаться.
Ни двери, ни шкафы, ни сундуки
В домах у нас не будут запираться.

И о ключах забудем, что пока
Дырявят современникам карманы.
Какая польза людям от замка,
Коль нет меж ними злобы и обмана?!

Бегут года… Всему приходит срок.
И, может статься, внук мой, непоседа,
Поднимет, как диковинку, замок,
Давно на свалку выброшенный дедом.
Перевод М. Ронкина

Соц тармактар:

Добавить комментарий